”Чем более стихи являют собой поэзию, тем сложнее создать из них песню.
Поэтому песни чаще всего и пишут не на поэзию, а на ”слова”. Тем радостнее, что Борис в своем творчестве находит правильный подход к решению этой одной из главных задач ”игры в бисер”.
Красота звучания дуэта, конечно, ценное качество, но когда результатом сотворчества становится слышимый нами Диалог – это уже высший пилотаж! С чем я, как благодарный слушатель и поздравляю моих друзей."

Александр Мирзаян


"НЕНАВИЖУ АВТОРСКУЮ ПЕСНЮ"

Ненавижу авторскую песню.
В майке с такой надписью жена ежедневно встречает меня в дверях, когда возвращаюсь с работы. Чтоб не зарывался. Видимо, суггестивный гипноз всё же существует. Не взирая на изощрённую психоаналитическую подготовленность, начинаю впитывать эту истину и поддаваться ей, как морю голландская плотина с дыркой (а был ли мальчик?). Потому что авторская песня - она мне как дочь. И воспринимаю я её по-семейному непосредственно, уже не надеясь дать сносное определение - а кто из вас, дорогие читатели, преуспел... Да что там преуспел - хотя бы удосужился попытаться дать собственной дочери определение? То-то, туды его в болото...

И вот эта дочь начинает вести себя, как дешёвая шлюха - задирает прилюдно подол и бархатным контральто подстанывает - возьми меня!... И даже денег не берёт - сама платить готова! Вы бы, как отец, не возмутились? Правда, она так не со всеми. Только с этой парочкой прохиндеев - Кинером и Цитриняком. Убить готов!

Вашингтон, вечер, концерт... И выпадает револьверт из старческих клешней Полония - вот дщерь моя, возьми, Гамлет! И он берёт. На сцене, перед всеми. И так, и вот так... На заре перестройки одна сельская читательница написала в газету, что
оральный секс - это когда орут от восторга. Вот именно это и творилось с залом. А вакханалия страсти всё длилась и длилась. Что они только с авторской песней не делали... Как же ей было хорошо, сладостно, ненасытно! Как раскидывала она свою разгорячённую плоть всё шире и шире, заполняя собой пространство полуподвального зальчика, поднимаясь до самого чердака, уже почти снося крышу дому и всем нам, а потом выплёскиваясь на сонные улочки пригорода... Чтобы резко затихнуть на ножевой ноте и снова начать свой путь наверх. И вот я уже в толпе потенциальных тестей работаю локтями - мою возьмите, мою!... На этот раз (в данном конкретном концерте) повезло Илье Виннику и Володе Бережкову. Последнему - в особенности. Его "Соломинка" пошла на бис.

А свежая (для наших героев) "Уголовная моя родина"... Это не московские интеллигентишки Кинер и Цитриняк пританцовывают на подиуме а-капелла, это лихие людишки на большом тракте с любовно отмытыми от вчерашней кровушки и отполированными взятой купеческой рухлядью кистенями и глазами, уже налитыми кровушкой сегодняшней... И они же, с теми же кистенями, в награбленном барахле, косящие интуристов на Чудском... И лабазники в картузах, поддёвочках, уже развязывающие скроенную по последней моде мотню, чтобы засадить зашедшейся над трупом отца жидовочке... И университетские мальчики, непослушными пальцами в лаковых перчатках засовывающие взрыватель в бонбу для царя... И пьяные казачки с нагайками и шашками, за миг до атаки замершие по обе стороны Перекопа... И иезуиты в пенсне на ночных допросах... И партизаны, вспарывающие кишки полицаю... И чернокошечники, вырывающие продкарточки из промёрзших рук блокадницы... И бомжи, подкрадывающиеся сзади с занесённой бутылкой, соблазнённые заново перелицованным пиджаком... И шестисотые мериносы с малиновыми плечами и лесотундровыми речами... И широко отелевизоренная правящая шобла с манерами и интонациями дворовых королей-выродков... Вся эта толпа, оба человека, пляшет свои бесконечные три куплета, и ненавижу я их, и стыжусь, и - не могу не любить!

Есть, в принципе, такое понятие - актёрская песня. Так должен был бы называться жанр, в котором работает дуэт. Но как панталоны на Гаргантюа, расползается он, являя миру неопределимую и родную Авторскую Песню. Которую я ненавижу. Потому, что не всю её Боря и Миша успевают спеть.

Аркадий Дубинчик, 08.04.2003
._