”Песни Бориса Кинера добротны, скроены уверенной рукой и крепко сшиты. Натуральный поэтический и музыкальный материал, сильная, глубокая интонация, богатый артистизм. Так стороят дом, в котором собираются жить долгие годы – добротно строят, с тройным запасом прочности!..”
Андрей Анпилов


"МЛАДШИЕ БАРДЫ"

Этот возникший в 1996 году универсальный и пластичный дуэт относится к поколению "младших бардов". Родились в конце 50-х, слушали Окуджаву, Визбора, Кима, Городницкого и, естественно, учились у них. При этом в отличие от поэта Окуджавы, журналиста Визбора или океанографа Городницкого Кинер и Цитриняк были актерами-профессионалами (а Цитриняк еще и режиссером). Оба окончили Щукинское училище: Борис Кинер играл на сцене, писал музыку, Михаил Цитриняк ставил спектакли в Театре на Малой Бронной, во МХАТе и в Театре Ермоловой. Кинер какое-то время был певцом-солистом, пока не сложился нынешний дуэт с Цитриняком, получивший название "Мастер Гриша".
Вначале репертуар был традиционно бардовским, но с конца 90-х годов появились романсы, народные песни. Сегодня Кинер и Цитриняк поют все, что предшествовало "авторской песне" или окружало ее, – русский городской романс, "цыганщину", отечественную эстраду начала века, советскую песню 30–40-х годов, бардовскую классику, зарубежный, в первую очередь французский, шансон, замешивая все это на элементах джаза, электроники, актерского "театра песни".
Прошлой осенью Борис и Михаил показали на сцене Политехнического музея свою новую работу "Хризантема" – четырнадцать романсов на стихи звезды русского Серебряного века Иннокентия Анненского. Ретро-диск, стилизованный под начало века, декаданс и модерн – с эффектными студийными приемами, начиная от шипения старой пластинки до мелодекламации. На презентацию были приглашены многочисленные друзья-барды, юмористы, поэты, актеры…
А совсем недавно дуэт устроил в той же "Политехничке" презентацию следующего альбома – он называется "Песни на бис". Впрочем, из материала диска в концерте прозвучало всего два-три номера. Презентация оказалась поводом вновь собрать свою компанию и от души повеселиться! Конечно, рука режиссера (Цитриняка, естественно) явственно ощущалась: программа была выстроена в виде некоего "варьете в трактире" образца примерно 1915 года. С элегантным мэтром церемонии в накрахмаленной рубашке и смокинге, куплетистом-раешником и двумя лихими половыми в рубашках, опоясанных кушаками, – Борькой и Мишкой, разносившими по рядам шампанское (хватило всем!). Варьетешные номера были откровенно винегретными, каждый показывал и пел, что Бог на душу положит. Блистал дву-, четверо- и восьмистишиями Владимир Вишневский, Григорий Гладков исполнял разудалое кантри, Галина Хомчик – "The Man I Love" Гершвина, Надежда Сосновская – негритянские спиричуэлс, Елена Казанцева вспомнила старый хит Андрея Эшпая "Мы с тобой два берега у одной реки", ну а Олег Митяев, как всегда, был выше всех похвал… В финале все участники вечера слились в экстазе в "Тум-балалайке"…
…Придя домой, я поставил на проигрыватель компакт-диск. И был удивлен довольно странным на первый взгляд подбором песен. "Ходики" и "Старые ели" Визбора соседствовали с лещенковским "Чубчиком кучерявым". Цыганская линия была представлена знаменитыми "Прощай, мой табор!", а ямщицкая – не менее известным "Ямщик, не гони лошадей!". Полная чересполосица и разноголосица, если забыть, что это действительно "песни на бис" – номера, которые публика (в том числе русскоязычная зарубежная) просит дуэт спеть буквально на каждом концерте. Вот вам и концепция! Впрочем, популярность этих мелодий – одно дело, а вот как Кинер и Цитриняк подают каждый номер… Это, повторюсь, театр. Театр образа, звука, интонации, паузы. Изощренной инструментовки.
Каждая вещь – в своем ключе. "Прогулка" Визбора неожиданно становится лунно-призрачным триллером – мы слышим волчье завывание, медвежий рык, какие-то страшные гулы и хрипы… "Дубинушка" – просто народная сцена из "Хованщины" Мусоргского. Народным реквиемом обернулась и некрасовская "Меж высоких хлебов". "Бумажный солдатик" Окуджавы, утеряв все свое простодушие, стал трагической песенкой. "Старые ели" звучат мягко и трепетно, в духе довоенных танго и фокстротов Ефрема Флакса и Георгия Виноградова. А вот бережковская "Соломинка" ушла совсем в далекое прошлое, в 70-е годы ХIХ века, став русской городской песней той поры… Большинство номеров – на два голоса, хотя есть и песни-сценки, где создан "стереофонический" эффект – голоса звучат словно бы из разных источников звука…
Многие считают, что бардовское творчество осталось где-то в 60–70-х годах теперь уже прошлого столетия. Послушав новую работу "Мастера Гриши", рискну утверждать, что это решительно не так. Жанр продолжает эволюционировать. Лучшие из исполнителей авторской песни развиваются, расширяют репертуар, его сценическую подачу ("Я меняюсь – значит, я расту" – как сказал некогда Виктор Шкловский). "Песни на бис" Кинера–Цитриняка – прямое тому доказательство. Несмотря на романсный уклон, это сегодняшняя музыка. Кстати, неплохое противоядие половодью плохой эстрады.

Аркадий Петров

"Алфавит", № 27 (137), 04.07.2001
._